Опубликовано на сайте
www.igra-v-biser.ru
При ссылках и перепечатке обращайтесь на
ivbpublishing@gmail.com
Юнг ввел в психологический обиход два созвучных фундаментальных понятия: психологический тип и архетип. На первый взгляд эти понятия не связаны, они из разных "психологических плоскостей". В данной работе предпринята попытка показать, что между ними существует глубокая связь, в частности, корни архетипов можно обнаружить в типологии.
1. Проблема культурной обусловленности Юнговских архетипов
Само слово "архетип" объясняет содержание термина: arche - начало, typos - образ (греч). То есть некий изначальный образ, прообраз. Наглядное представление об архетипе как образе и закрепилось в массовом сознании, хотя Юнгу пришлось от него отказаться. Первоначально (1912 г.) Юнг говорил именно об изначальных образах, возникновению которых способствует коллективное бессознательное, в 1917 г. он писал уже о безличностных доминантах или узловых точках в психике, в 1919 г. впервые использовал термин "архетип" /1/.
Ориентируясь на образы, Юнг отталкивался, прежде всего, от собственного субъективного опыта. Он обладал крайне развитым образным мышлением, видел яркие сны, у него случались видения, поэтому он очень большое значение придавал образам и сначала некоторые из них считал универсальными. Но оказалось, что образы, порождаемые одним и тем же архетипом, могут быть различными, - они индивидуально изменчивы. В современном понимании архетип - это "наследуемая часть психики; структурирующие образцы психической деятельности, связанные с инстинктом; гипотетическая сущность, не представимая сама по себе и свидетельствующая о себе лишь посредством своих проявлений" /1/. То есть, архетип - не образ. Это то, что стоит ЗА образом - некая пустая форма, схема, а то, что мы воспринимаем - это всегда, прежде всего, определенное содержание. Какие же архетипы выделяет Юнг? " Упомяну такие образы как Тень, зверь, старый мудрец, анима, анимус, мать, ребенок, а также неопределенное множество архетипов, выражающих ситуации.., цели процесса развития.., символы четвертичности и круга..." и др. /2, с. 160/. Таким образом, архетипов - "неопределенное множество", причем это множество не упорядочено - не выделено никаких базисных признаков ("осей"), как это сделано Юнгом в "Психологических типах" /3/. Можно было бы считать, что архетипы - это просто обобщающие понятия. Так же как понятие "дерево", "стол" и т. п. Стоит ли за этим обобщающим понятием какая-либо "объективная" реальность или это лишь обобщение, продукт нашего мышления? То есть, существуют ли архетипы, как структуры психики?
Вряд ли можно отрицать, что психика, бессознательное, определенным образом структурировано. И структура эта отчасти является врожденной, не зависит от индивидуальной истории, культурных стереотипов, и при желании ее можно назвать "коллективным бессознательным". Но вопрос в том, что собой представляет эта структура и, следовательно, что является действительно изначальным - "архетипом". Те архетипы, которые выделяет Юнг (тень, зверь, герой, старый мудрец, анима, анимус, мать, ребенок и др.) очевидным образом культурно обусловлены, хотя и являются инвариантами различных культур. Поэтому их практически невозможно отделить от индивидуального бессознательного: "...трудно отличить личное и индивидуальное от архетипического, поскольку в любом онтогенезе архетип кристаллизуется и в личном, и в индивидуальном... Каждое детство является "детством вообще"... Эмоциональные комплексы личного бессознательного зачастую только очень приблизительно можно отделить от стоящего за ними архетипического содержимого" /4, с. 209, 211/.
2. Архетипы с типологической точки зрения
В своей работе "Психологические типы" /3/ наряду с экстравертированной и интровертированной установками, Юнг выделил четыре "функции": Мышление, Чувствование, Ощущение и Интуицию - четыре фундаментальных способа приспособления нашей психики к внешнему миру. Психологический тип - это иерархия этих четырех функций. У каждого из нас имеются все четыре, но доминируют, главенствуют - у разных людей - разные. Существуют современные направления, развивающие подход Юнга. В США это MBTI тест /5/, американская типологическая ассоциация, в СНГ существует направление под названием "соционика" /6/.
Архетип - яркий пример типологически обусловленного понятия, в частности, в нем, как в зеркале, отразились типологические черты Юнга. Психологический тип Юнга - интуитивный, мыслительный. Ведущие функции в его типе - экстравертированная интуиция и интровертированное мышление. Экстравертированная интуиция проявляется как способность целостного восприятия внешней ситуации, способность абстрагироваться от внешних проявлений объектов, конкретных деталей, схватывая их суть. Это восприятие внутренних качеств (структуры) объектов, умение видеть перспективы, предвидеть результат /3, 6/. По меткому выражению Юнга интуиция видит то, что находится "за углом".
Символика, образность, метафоричность - атрибуты интуитивной способности. Полемизируя с Фрейдом, Юнг пишет: "Настоящий символ... должен быть понят как интуитивная идея, которую нельзя сформулировать каким-либо иным адекватным образом" /1/. Юнг постоянно апеллирует к интуиции. Можно сказать, что аналитическая психология порождена в первую очередь интуитивной способностью и ориентирована на работу с ней. Интуиция порождает холистическую мотивацию (ориентацию на целое, единство), стремление выйти за пределы рационального, за пределы эго. Экстравертированная интуиция стремится видеть в образе символ и придать ему надличностный, "нуминозный" смысл. Только такой символ - "настоящий". Представление об архетипе и коллективном бессознательном отражает именно эту черту интуиции.
Интровертированное мышление /ИМ/ проявляется, как способность видеть логику объективных взаимосвязей, способность анализировать, логически мыслить, обобщать факты. Для ИМ характерен примат идей, принципов над фактами. Факты для ИМ вторичны, они - лишь проявление стоящих за ними закономерностей, подтверждение теорий (именно такие факты прежде всего интересуют ИМ), или исходный материал для формулировки теоретических обобщений. В крайнем случае: "Если факты противоречат теории - тем хуже для фактов".
У Платона эйдосы, идеи вещей - некие трансцендентные чистые формы, существующие отдельно от единичных вещей и предшествующие им. То же в понятии архетипа: за конкретными образами должна скрываться порождающая их первопричина - "не представимая схема". Аналогичны априорные формы восприятия Канта, прототипы Шопенгауэра и др. Эти понятия отражают сущность интровертированного мышления: за фактом должно стоять нечто более важное.
Таким образом, интровертированное мышление "запрограммировано" искать за конкретным образом объединяющую идею, а экстравертированная интуиция стремится истолковать его символически и придать ему некий "нуминозный", трансперсональный смысл. То есть, понятие архетипа является естественным порождением интровертированного мышления и экстравертированной интуиции, оно типологически обусловлено.
Конечно, можно просто все объяснить влиянием на Юнга Платона или еще кого-то. Но мы именно потому воспринимаем одни фундаментальные идеи, концепции и противимся другим, что способности к их восприятию уже заложены в нас нашим психологическим типом, в нас существует потребность в подобных идеях. То есть, эти идеи как бы заложены в нас изначально. Это означает существование некоторых архетипических схем восприятия - схем, заложенных в нашем психологическом типе.
Но тогда получается, что архетипика определяется типологией (хотя бы частично). А "не представимые схемы" - суть схемы нашего мышления, чувствования, интуиции, ощущения. Действительно, многие архетипы не сложно "получить" как производные одной или двух функций. Так архетип матери, прежде всего, содержит в себе универсальный аффилиативный мотив и связан с функциями чувствования и ощущения, архетип мудрого старца - с интуицией и мышлением. Любую фундаментальную мотивацию можно вывести из типологических аспектов, из функций, и, таким образом, "разложить" архетипы по функциям. Мотивацию, но не образы. Образ не только изменчив, вторичен, но, вероятно, вообще не обязателен: архетип, глубинная мотивация может обойтись без образа. Другое дело, что тогда значительно сложнее описать, объективизировать мотивацию. Тем не менее, "разложение" по Юнговским функциям дает нам такую возможность. Итак, получается, что, во-первых, само понятие архетипа обусловлено типологически и отражает основные черты интровертированного мышления и экстравертированной интуиции, а во-вторых, мотивационные корни архетипических образов обнаруживаются в функциях чувствования, мышления, интуиции, ощущения.
Типологическая обусловленность понятия "архетип" отнюдь не уникальна: таковы многие фундаментальные идеи и понятия.
3. Типы и архетипы в психотерапии и в жизни
Для психологической практики не столь важно, существуют ли архетипы, как структуры психики или это лишь "исцеляющий вымысел". Их можно рассматривать просто как искусственный прием, как способ работы с глубинной мотивацией. И не только «глубинной».
Но важно понимать, что это за мотивация, такая ли уж она «глубинная», и не вешать на архетипы элементарные психологические проблемы, придавая им некий надличностный статус, «авторитет» и тем самым «укрепляя» их.
Знание типологии, наоборот, позволяет (например, при работе со сновидениями) придать работе более личностный характер, точнее понять мотивацию, и даже адаптировать интерпретацию и стиль работы к психологическому типу конкретного человека, выбирая между конкретикой и абстрагированием, чувственными переживаниями и логическими выводами, спонтанностью, импульсом и планомерным продвижением.
Считается, что обращаясь к архетипам, мы попадаем на границу между психологией и эзотерикой, в область трансперсональной психологии. Гроф даже назвал Юнга первым трансперсональным психологом. Нередко полагают также, что аналитическая психология ориентирована на людей, склонных к религиозным или мистическим переживаниям.
Но с типологической точки зрения мистику можно рассматривать как частный случай проявления интуитивной способности.
Само по себе наличие религиозных или мистических переживаний, мифологических и сказочных сюжетов совершенно не обязательно для эффективной работы. Образ может быть совершенно прозаическим, но сильным, значимым, важно, чтобы он исходил от самого пациента, а не навязывался ему. Показателем "нуминозности" может служить только его психологическая значимость, сила воздействия на человека. «Привязываться» к архетипам при этом совсем не обязательно.
Таким образом, получается, что понятие «психологический тип» является куда более конструктивным и полезным чем понятие «архетип» – с точки зрения сознания, достаточно «рационализированного и демифологизированного».
И наоборот, мифологизированному сознанию, по-видимому, ближе и милее понятия более размытые, но обращенные к чему-то неизведанному, непознанному, будь то архетипы или «черные дыры». Существующему, нет ли – не важно.
Литература:
1. Сэмьюэлз Э. и др. Критический словарь аналитической психологии, М, 1994
2. Юнг К.Г. Психология бессознательного. М,1994.
3. Юнг К.Г. Психологические типы, М,1995.
4. Юнг К.Г., Нойманн Э. Психоанализ и искусство. 1996.
5. Myers, I. 1980. Introduction to type; Крегер О., Тьюсон Дж.М. Типы людей. М,1995
6. Аушра Аугустинавичюте Дуальная природа человека. Вильнюс,1983.
Опубликовано на сайте
www.igra-v-biser.ru
При ссылках и перепечатке обращайтесь на
ivbpublishing@gmail.com.
