0. Сталкинг может практиковаться на любой ступени разума, но на низших ступенях не все его принципы получают поддержку со стороны разума. Только нагваль - человек, достигший контроля разума, - может эффективно заниматься сталкингом. Дело в том, что у среднего человека разум зависит от животного сознания и не настолько самодостаточен, чтобы противостоять интенциям души. Получается, что личная форма через разум пытается добиться соответствия самой себе: средний человек думает, что стирает свою личную форму, а на самом деле он потакает своим особенностям, индульгирует и, в конечном счете, укрепляет свою личную форму, делая ее более уродливой.

1. Сталкинг начинается с контроля 16 состояния животного сознания. Это особое состояние, связанное с центром координации всего животного сознания. В некотором смысле контроль 16 состояния является контролем всего животного сознания - это зависит от личной силы воина. Воин отключает внутренний диалог и определяет личную цель и средства ее достижения. Собственно контроль 16 состояния заключается в объективной оценке своего общественного положения, тех сил, с которыми я нахожусь во взаимодействии, и нахождении оптимального действия, правильного приложения усилий, необходимых для адекватного выполнения задач моего общественного положения.

Контроль 16 состояния начинается с медитации под названием "поза дао". Воин садится в тихом удобном месте, где его никто не может побеспокоить, и говорит себе: "Не сойду с этого места, пока не решу, что мне действительно надо делать". Возникающие желания анализируются, и выясняется, какую конечную цель преследует данное желание. В определенный момент становится очевидным, что я действительно хочу сделать больше всего. Далее, я пытаюсь найти конечную цель - для чего на самом деле я хочу это сделать. Цель может быть достаточно расплывчатой, но важно погрузиться в саму цель, перевести точку сборки в нее. Затем я строю цепочку шагов, необходимых для достижения данной цели, и определяю первый шаг, то, что необходимо сделать в первую очередь. После этого я встаю и приступаю к делу, не откладывая его на потом.

Совершив первый шаг, воин снова останавливает мир. Снова осуществляя недеяние, воин корректирует цель и находит оптимальный первый шаг, и т. д. Глубокая вера в правильность выбранного решения придает воину сил, и жизнь становится более осмысленной. Воин, прошедший 1 ступень контроля, осознает свою деятельность, он всегда знает, чего он хочет добиться, его жизнь становится осмысленной. Он больше не впадает в прострацию, не испытывает упадка сил и нежелания что-либо делать, он постоянно собран, аллертен и полностью сконцентрирован на выполнении поставленной задачи.

2. На 2 ступени воин приступает к контролю своих Я-образов и сценариев их поведения. Воин выходит из отождествления с Я-образом и использует его как контролируемую глупость. Существенным моментом сценария является его финальная сцена, которая обычно скрыта в подсознании. С помощью нагваля и группы воин осознает финальную сцену и выясняет, при каких объективных условиях она действительно имеет место. В результате воин перестает слепо стремиться к этой сцене и теряет привязанность к ней.

3. 14 состояние определяют парадигмы поведения. Воин расширяет спектр своих манер и применяет их в зависимости от того, в каком обществе он находится; он не переносит парадигмы одного общества в другое и не имеет собственных норм поведения, с которыми он бы отождествлялся.

4. Средний человек бывает дружелюбным и обменивается поглаживаниями только со своими знакомыми, по отношению к остальным он испытывает недоверие, отчужденность и настороженность. Воин расширяет границу своего общества на все человечество. Он признает всех людей, относится к ним как к знакомым, дружелюбен и открыт по отношению к ним.

5. Научившись вступать в контакт с другими людьми, воин учится осуществлять с ними совместную деятельность. Он выясняет у другого, какие цели у того есть, отметает в сторону личные моменты этих целей и пытается понять цель таким образом, чтобы найти ее в себе.

6. В совместной деятельности воин использует сильные стороны партнера и сталкивается со следующим препятствием - опредмечиванием другого. Воину кажется, что он понимает другого и может прогнозировать его поведение. Опредмечивание есть проекция мировоззрения другого на его собственное. Нагваль понимает условность мировоззрения, как и самой личности, он понимает, что опредмечивание далеко от истины и что человек далеко не всегда поступает согласно своему мировоззрению. Поэтому, хотя опредмечивание и происходит, воин контролирует его. Контроль заключается в том, что воин не принимает решения за другого, он не просит, не требует, а лишь предлагает, сохраняя отношение к другому как к микрокосму. Не включая другого в себя, воин не берет ответственности за другого, не заботится о нем, поскольку заботиться - значит делать то, что нужно другому, а воин даже про себя не знает, что ему действительно нужно, даже за себя он не может взять полной ответственности, а уж тем более за другого, скрытого тайной личности.

7. В 10 состоянии сознание стремится подражать другому, доказавшему эффективность своих поступков. Тем самым, я как бы перекладываю ответственность за принятие решения на другого, я не доказал себе необходимость данного поступка, а просто исхожу из его опытной эффективности. Беря под контроль это состояние, воин принимает на себя ответственность за все свои решения, даже предложенные и навязанные другими.

8. Принимая ответственность за свои решения, воин сталкивается со следующим врагом, - ему кажется, что его суждения и основанные на них решения непогрешимы. Средний человек считает свои суждения более правильными просто потому, что они его, а он в душе лучше всех остальных. Это чувство собственной важности (ЧСВ) заставляет его вступать в отношения с другими личностями, чтобы доказать им свое превосходство.

На самом деле мои суждения и мнения об окружающем мире ничем не лучше мнений других людей. Воин понимает, что он может ошибаться, а другой может оказаться прав, он понимает, что его личность не лучше другой, и все они стоят одного того же.

Как говорил Атос комиссару в тюрьме: "Меня спросили: "Вы господин д'Артаньян?"- на что я ответил: "Вы так полагаете?" Стражники закричали, что они в этом уверены. Я не стал спорить с ними. Кроме того, ведь я мог и ошибиться".

9. Поборов свое ЧСВ и войдя в состояние безжалостности, воин действует более объективно и более эффективно. Он поднимается над своей личностью и поступает в соответствии с объективным ходом вещей, в соответствии с правильным развитием ситуации, безотносительно к тому, приносит ли это ему пользу или нет.

Когда ситуация требует, чтобы было совершено определенное действие одним из участников, воин берет на себя эту обязанность не ради награды, а ради развития Сознания. Победа становится равносильна поражению, воин просто делает то, что необходимо.

10. Теперь воин сталкивается с тем, что в одну ситуацию он включен, а в другой - остается пассивным наблюдателем. На 10-й ступени контроля, освободившись от ЧСВ и научившись объективно развивать ситуацию, воин учится включаться во все ситуации и брать под ответственность все, что вокруг него происходит. Он перестает быть безучастным к определенным явлениям, но берет их под опеку, контролирует действия других людей и стремится вести ситуацию.

11. Когда возникает возможность вмешаться, воину ясно, что делать. Когда же такой возможности нет, он вяло участвует в протекающих процессах, соотносясь с их скоростью и ничем не выделяясь из общей массы средних людей. Включенность в процессы заставляет его выполнять разнообразные обязанности, совершать действия, не являющиеся поступками. Здесь проявляется опасность превращения этих действий в фиксированную и повторяющуюся рутину. Повторяющееся действие не расширяет свет сознания. Беря под контроль это состояние, воин борется с распорядком. Каждый раз, совершая какое-то привычное действие, его надо совершать по-иному, чтобы возникал свежий взгляд, чтобы интерес не пропадал, и внимание не ослабевало.

12. Далее воин проводит анализ обязанностей, делает список-перечисление того, чем он занимается и выделяет в нем то, что он делает ради других людей, а не ради развития ситуации. Вступая в контакт с человеком, воин устанавливает с ним внутреннюю связь, относится к другому как к своему ближайшему родственнику. Выходя из контакта, он порывает эту связь и не переносит ее на отношения с другими. Отношения с другими становятся чисты, в них не участвуют доминанты отношений с третьим, вместе с их обязанностями.

13. Избавившись от привязанностей, воин рассматривает окружающую среду как совокупность различных форм сознания, оценивая другого по тому, как он себя сейчас проявляет. Воин реагирует не на людей, а на их поведение, не привнося оценки того, что на самом деле этот человек хороший или плохой, что на самом деле у него есть и другие устремления - более высокие или более низкие. Для воина человек таков, как он себя проявляет здесь и теперь.

На этой ступени контроля воин учится принимать все таким, как оно есть, не возмущаясь тем, что кто-то ведет себя хуже, чем мог бы себя вести, не сомневаясь в том, кто ведет себя лучше, чем обычно. Воин не судит других, а принимает их такими, какими они есть, а не такими, какими он хочет их видеть.

14. Здесь возникает проблема переоценки людей и других объектов. Прежние концепты людей перестают работать. Воин производит переконцептуализацию вещей, изменяет свой взгляд на них, переходя от утилитарного смотрения, когда Я ищет любовь или еду, к видению вещей как сгустков сознания, помещенных в коконы.

15. Составляющими сознания являются отдельные свойства, эманации сознания. На следующей ступени контроля воин очищает сознание от предвзятого отношения к ним. Воин учится не иметь личной истории. Это значит, что явление, вызвавшее эмоциональную реакцию, не оставляет следа в сознании за счет того, что воин видит суть происходящего и растворяет эмоции своим осознанием. Огромный багаж прежних комплексов постепенно устраняется посредством перепросмотра личной истории и ее стирания. Совершенный воин не имеет личной истории.

16. На последней ступени контроля животного сознания воин анализирует отношения между полами и пытается понять, чего он на самом деле хочет, испытывая половое влечение. Осмысляя мужчину и женщину, он старается встать на позицию противоположного пола и прочувствовать ее стремления. Понимая, что мужчина и женщина есть лишь воплощения Богочеловека и Мадонны, воин понимает, что взаимодействие между множеством женщин и множеством мужчин есть форма отношения сознания Мадонны и сознания Богочеловека. Не я испытываю половое влечение, а Богочеловек испытывает его к Мадонне через меня, так же как через всех остальных мужчин. Половое влечение не принадлежит мне, я не выступаю субъектом этого отношения, поэтому мне безразлично - я нахожусь в половых отношениях или кто-то другой. Воин не испытывает ревности и не имеет чувства собственности. Он понимает, что общение с другим полом есть обмен энергией и обмен информацией, понятной только Монаде. Теперь воин относится к миру не от себя лично, а от лица брака себя и Мадонны, стремясь к целям, необходимым для семьи, а не для себя лично.

Пройдя по ступеням контроля полового влечения, воин поднимается в Центр координации животного сознания и намечает цели, исходя из стремления к единству с Мадонной. Имея очищенное животного сознания, воин ставит более правильные цели и добивается полной концентрации при их достижении, т.к. все отвлекающие факторы животного сознания взяты под контроль.

Достигнув необходимой аллертности и полной концентрации сознания, воин приступает с помощью Мадонны к контролю растительного сознания, начиная с контроля над своим телом. Двигаясь по ступеням контроля, нагваль постоянно пересматривает и уточняет свое понимание состояний сознания и ступеней контроля, опытным путем постепенно приближаясь к истине. Партия нагваля является научно-практической лабораторией по изучению человека.